Каллиграфия

Каллигра́фия (от греч. καλλιγραφία — «красивый почерк») — одна из отраслей изобразительного искусства. Ещё каллиграфию часто называют искусством красивого письма. Современное определение каллиграфии звучит следующим образом: «искусство оформления знаков в экспрессивной, гармоничной и искусной манере».

Каллиграф — мастер каллиграфии.

Каллиграфия в Китае всегда считалась важнейшим искусством. В древности создавались иерархические списки “важных искусств” и в них каллиграфия стабильно была на первом месте. Каллиграфия в Китае родилась раньше живописи. Ведь изначально написание иероглифов было магической техникой, которой владели лишь жрецы-шаманы древнего царства Шан-инь (III тысячелетие до н.э.). В те времена они знали, как вызвать дождь написанием соответствующего иероглифа. Иероглифы тех времён действительно напоминают магические знаки, они совсем не похожи на современную нам китайскую письменность. Этот почерк называется “Гу Вэнь”. Меня они завораживают своей первобытной мистической красотой. С тех пор до нас дошла самая мистическая книга Китая – “И-цзин” или “Канон перемен”.

Чуть позже иероглифы стали выполнять функцию письменности, которой владели лишь правители, дворяне и первые чиновники древних царств, непрерывно сражавшихся друг с другом. Знание иероглифов и умение их написать стало выдавать в человеке принадлежность к правящей элите. Именно этими иероглифами написаны самые известные нам китайские философские трактаты: Дао Дэ Цзин философа Лао Цзы, притчи Чжуан Цзы, трактат Лунь Юй Конфуция. В те времена не было кисти и бумаги, поэтому иероглифы вырезались на бамбуковых дощечках. Этот почерк называется “сяо джуань”. Эти древние иероглифы сейчас используют лишь для надписей на печатях. Важным событием в истории китайской каллиграфии стал приход к власти Цинь Ши Хуанди (III век до н.э.) – первого императора Китая, который первым объединил весь Китай в одну империю. Империя требовала большого бюрократического аппарата и каллиграфия стала делом чиновника. Тогда же была проведена первая реформа по стандартизации и унификации иероглифов Китая.

Со временем Китай превратился в конфуцианскую империю, в которой всё должно было быть подчинено строгому закону. Именно тогда, в эпоху династии Хань (II до н.э. – II век н.э.), на рубеже нашей эры, родился дошедший до нас закон написания книг (в китайском слово “каллиграфия” дословно переводится именно так). В эпоху Хань (II до н.э. – II век н.э.) была изобретена бумага. Теперь иероглифы начали писать кистью при помощи туши. Тогда и был изобретён почерк “Ли шу” – связующее звено между современной нам каллиграфией и древним почерком “Джуань”.

Уже в эпоху Хань (II до н.э. – II век н.э.) начал зарождаться уставный почерк “Кай Шу”, при помощи которого мы сейчас учим китайскую каллиграфию. Иероглифы в этом стиле сведены к 8 -10 базовым чертам. Именно с изучения этих черт, вот уже 2000 лет, начинается обучение новичков каллиграфии. С него же начнём и мы на курсе китайской каллиграфии в Школе живописи У-син. Этот почерк стал особо популярен в государственном делопроизводстве Китая в эпохи Тан и Сун. Далее “Кай Шу” был принят за норму в работе с официальными документами Китая. В то же время в Китай проникают идеи буддизма. Написание иероглифов стилем Кай Шу становится одной из практик китайского Чань буддизма.
Дело в том, что в стиле Кай шу невозможно выразить индивидуальность, единственное, что ты можешь – просто безупречно, без привязок и вовлечения создавать заданные уставом формы. Эта идея была крайне близка китайским Чаньским и позже японским Дзен-монахам и практика каллиграфии была интегрирована в быт буддистского монаха.

Китайская цивилизация достигла апогея своего величия во времена династий Тан и Сун (VIII – XII века). В те годы китайское искусство поднялось на невероятные высоты. Эпоха Династий Тан и Сун, связана с таким явлением в Китайской культуре, как “неоконфуцианство” – философское течение, которое попыталось подвести общий знаменатель под разными частями китайской культуры. Именно тогда живопись, каллиграфия, поэзия и искусство создания печатей объединяются в единое целое.

Неоконфуцианство объединило не только живопись и каллиграфию. Были попытки объединить воедино и более масштабные части китайской культуры, такие как даосизм, конфуциаонство и буддизм. Неоконфуцианство также создало образ “Сюнь цзы” китайского джентльмена, человека, который может всё. Этому образу стремилась соответствовать вся китайская элита, не исключая императора. В число благодетелей Сюнь цзы были так же включены владение живописью, каллиграфией и стихосложением. Объединив живопись и каллиграфию воедино, мастера эпохи Тан Сун существенно обогатили оба вида искусства. Каллиграфы стремились привнести в ранее академичную живопись понятие каллиграфического приёма и начали писать картины лишь оттенками туши, они создавали объекты на рисунках при помощи быстрого движения кистью. Приём рисования ствола бамбука был построен по аналогии с приёмом написания базовых каллиграфических черт: вертикали и горизонтали.

В то же время и каллиграфию многие начали воспринимать в качестве творчества. Именно тогда настал золотой век китайской скорописи и полускорописи. Эти 2 стиля позволяли каллиграфу выразить свою индивидуальность через творчество написания иероглифов. Скоропись и полускоропись у каждого автора была своя, и часто с трудом напоминала исходный иероглиф, поэтому автору скорописной надписи приходилось часто на тыльной стороне работы подписывать пояснение. Особенно, если речь шла о “бешеной” скорописи, где целый столбец иероглифов мог быть написан одним движением, одной линией.

В течение последующего тысячелетия никаких серьёзных перемен и инноваций в китайской каллиграфии не произошло. Перемены пришли вместе с XX веком и эпохой революций. Революция принесла и реформу китайской письменности эпохи Мао Цзэдуна, которая упростила многие иероглифы, в том числе, и иероглиф “Лошадь”, на примере которого мы с вами изучали эволюцию китайской каллиграфии. Реформа китайского языка, проведённая в середине XX века была крайне глубока. Китайцы отказались от традиционного способа написания книг сверху вниз, справа налево и перешли на строчное написание слева направо с применением европейской пунктуации.

При этом, такие страны, как Тайвань и Гонконг, эту реформу не приняли и пишут до сих пор китайскими традиционными иероглифами.

Именно реформированный в XX веке стиль “Кайшу” стал основой для современных печатных китайских иероглифов. Однако до сих пор умение писать иероглифы красиво кистью и тушью крайне высоко ценится в Китае.

Инструменты

Кисть, тушь, бумага, тушечница — эти четыре предмета материальной культуры традиционного Китая известны как «четыре драгоценности ученого». Этим названием они обязаны тому, что являются неотъемлемой частью жизни всякого образованного человека в Китае. Китайские искусства каллиграфии и живописи, обладающие неповторимым своеобразием и утонченностью, в последние годы получили широкую известность во всем мире, можно сказать, стали мощным направлением в художественных кругах. Между тем занятия каллиграфией и живописью во многом основываются именно на владении кистью, тушью, бумагой и тушечницей, поскольку только посредством этих принадлежностей можно добиться особой выразительности. присущей китайскому искусству. Поэтому и придается столь большое значение «четырем драгоценностям ученого». Китайская поговорка гласит: «Дабы преуспеть в работе, прежде следует отточить инструменты». И вполне естественно, что к выбору своих профессиональных инструментов всякий художник подходите величайшей ответственностью. В период династий Тан (7 — 10 вв.) и Сун (10 — 13 вв.), когда в Китае процветали искусства, мастерство изготовления «четырех драгоценностей» достигло высокого совершенства. Особую известность получили танские кисти чжугэби и тушечницы дуаньсиянь. А знаменитая тушь лидингуймо и бумагачэнсиньтанчжи, созданные в эпоху Пяти династий (первая половина 10 в.), являлись предметом восхищения для многих поколений образованных людей в Китае. Высокий уровень изготовления «четырех драгоценностей» непосредственным образом повлиял на развитие китайской каллиграфии и живописи. Распространение книгопечатания и массовое производство бумаги и туши во времена династии Сун способствовали тому, что многочисленные произведения художников и каллиграфов этой эпохи получили весьма широкое хождение по всей стране. Что касается сунских книг, то немалое их число дошло и до наших дней; их бумага почти не тронута временем, а краски не потускнели. Это ли не свидетельство их непревзойденного качества!

Кисти

Первая из «четырех драгоценностей» кисть- незаменимое орудие китайских художников и каллиграфов, начиная со стародавних времен. Изобретение кисти восходит к весьма отдаленной эпохе истории Китая. Как показали новейшие археологические исследования, древние гадательные надписи на панцирях черепах и бычьих лопатках (цзягувэнь) первоначально наносились при помощи кисти и лишь затем вырезались по кости ножом. Сами надписи на гадательных костях появились в эпоху династии Шан (16 — 11 вв. до н.э.). Таким образом, история китайской кисти насчитывает по меньшей мере три тысячи лет.   Графические возможности кисти весьма широки и несравнимо богаче возможностей перьевых и шариковых ручек. Это касается, в частности, толщины и интенсивности проводимых ею линий, способов манипуляции кистью. При помощи кисти можно писать слева направо и справа налево в двухмерной плоскости, с нажимом кисти или приподнимая ее до легкого соприкосновения с бумагой; при этом кончиккисти может приходиться как на центр, так и на край линии. Линии могут быть и полновесными, и легкими, еле обозначенными — словом, количество всевозможных вариаций письма практически не ограничено. Этими особыми свойствами кисти и объясняется в значительной мере уникальность стиля китайской каллиграфии и живописи.

 

Кисти, применяемые в настоящее время, подразделяются на три типа, в зависимости от материала, используемого для их изготовления. Это — козья шерсть (янхао), а также так называемый «волчий волос» (ланхао) и «фиолетовый волос» (цзыхао). Кисти «волчьего волоса» делаются на самом деле из шерсти колонка, кисти «фиолетового волоса» — из кроличьей шерсти. Козловые кистиотличаются мягкостью, гибкостью и высокими абсорбирующими качествами. Для кистей «фиолетового волоса» характерна четкость и сила линий, это делает их незаменимыми для занятий каллиграфией. В некоторых случаях, когда необходимо добиться сбалансированности графических свойств, делают комбинированные кисти из шерсти двух различных животных (так называемые цзяньхзо). Художники и каллиграфы, как правило, имеют в своем распоряжении кисти различных типов, которыми пользуются в зависимости от своих целей или личных привязанностей.

Новые кисти для защиты от внешних воздействий покрывают специальной водоотталкивающей пастой. Для того, чтобы ее смыть, нужно некоторое время подержать

 кисть в воде.

Тушь

Следующим после кисти, необходимым атрибутом для каллиграфа и художника является тушь. Твердая тушь приготовляется на основе клея и сажи. Чаще всего используется сажа, получаемая путем сжигания дерева (сосны), масла или лака. Понятно, что качество туши сказывается самым непосредственным образом на выразительной силе художественного произведения, и не мудрено, что к ее выбору подходят с большой тщательностью. Хорошую тушь отличает ровная и гладкая текстура. Она тверда, и ей не свойственна липкость. Цвет — ярко-черный, без примесей. От правильного использования цвета туши целиком зависит успех в реализации художественного замысла произведения. Использование туши неотделимо от тушечницы.

 

У нас тушь можно купить в специализированных художественных магазинах (например, «Чертежник» в Москве), но чаще ее везут из Китая. Твердую тушь необходимо растирать в тушечнице, предварительно добавив небольшое количество воды. Жидкую тушь также разбавляют водой.

Бумага

Как известно, приоритет изобретения бумаги принадлежит Китаю — и это важный вклад китайской культуры во всю мировую цивилизацию. Согласно сведениям различных исторических источников, честь данного открытия принадлежит человеку по имени Цай Лунь, который жил во времена династии Восточная Хань (25 — 225 гг. н.э.). Спустя семь столетий техника бумажного производства была усвоена в исламских странах, и лишь спустя еще четыре века эта уникальная технология проникла через Северную Африку и Испанию на европейский континент, заменив собой папирус и пергамент.

Во всем мире известен особый сорт бумаги сюаньчжи, который используется в традиционной китайской живописи и каллиграфии. Он выпускается на Тайване, в городе Пули уезда Наньтоусянь более тридцатью производителями. Эта бумага, производимая вручную, мягка и гибка, а ее абсорбирующие качества в наибольшей степени соответствуют требованиям, выработанным в китайской живописи и каллиграфии. Столь исключительный по своим техническим свойствам материал в сочетании с высоким мастерством художника позволяет достичь наивысших результатов в изобразительном творчестве.
Если нет возможности писать на китайской бамбуковой бумаге, то для занятий каллиграфией подойдет любая бумага, хорошо абсорбирующая тушь. Один из лучших вариантов, особенно для тренировки, — газетная бумага.

Тушечницы делают по большей части из камня, который должен быть мелкозернистой породы, достаточно твердой для растирания туши, но неспособной повредить кисть.

Тушечница — весьма долгоживущая вещь. В древности ученые люди нередко выгравировывали на тушечницах свое имя, и те передавались из поколения в поколение как фамильные реликвии и произведения искусства. Тушечницы могут быть украшены орнаментом или резными фигурами, традиционно драконами. Также бывают простые тушечницы.

 

Печати

Печати мастера в Китае делают с давних пор, ещё до появления бумаги и кисти, то есть, до периода новой эры. У каждого полководца, чиновника, мастера была своя именная печать и не одна. И сегодня в небольших каллиграфических лавочках в городах Поднебесной можно встретить нефритовые, яшмовые, кальцитовые и прочие заготовки с фигурками драконов, львов, фениксов, обезьянок, на которых резчик может выгравировать всё, что душе угодно. Ниже мы приводим с некоторыми сокращениями замечательное эссе Сергея Николаевича Соколова-Ремизова, посвящённое каллиграфии древних печатей.

…Искусство «резьбы печатей» (кэинь) особенно с XVIII-XIX вв. занимает видное место в феномене «триединства живописи, литературы и каллиграфии«, обычно включается в круг «пяти совершенств» (уцзюе) художника-поэта-каллиграфа. Большим мастерством, например, отмечены печати работы У Чанши, Чжао Чжиця-ня, Ци Байши, Тэссая.

 

Непосредственно со стилем чжуань связано искусство гравирования каллиграфических надписей на бронзовых и каменных печатях (иньвэнь, кэинь, чжуанькэ). Поставленная специальной киноварно-красной мастикой (иньни) прямоугольная, квадратная, овальная, круглая или фигурная, выполненная в барельефе (байвэнь, иньвэнь) или горельефе (чжувэнь, янвэнь), печать является обязательным компонентом живописного и каллиграфического произведения, несет образно-смысловую нагрузку, играет большую роль в композиционном построении (равновесие, акцент) и в общей системе декоративно-выразительного языка. Каллиграфическая надпись обычно в почерке дачжуань или сяочжуань сначала исполняется кистью, а потом переводится в материал печати (как правило, камень или металл, иногда дерево) и нередко гравируется самим каллиграфом. 
Приведем выдержки из трактатов.

«При изготовлении печати, чжуани принадлежит 6,7 десятых, а гравировке — 3,4 десятых. Если чжуань хороша, а в гравировке отсутствует выражение силы, то не сможет проявиться душа чжуани, а если в гравировке есть сила, но чжуань не удалась, то все насмарку, «варварщина»» (каллиграф, резчик печатей конца XIX в. Ван Шицзин).

«При использовании в печати образцов древней эпиграфики на бронзе возникает несколько трудностей — в достижении внешнего сходства с оригиналом; сходства в передаче силы; сходства в передаче души, внутреннего настроя; трудность в уменьшении — изменении масштаба; наконец, трудность в достижении гармонического целого, единства между знаками, взятыми с разных образцов. Когда композиция каждого знака найдена, трудно согласовать их друг с другом, связать воедино; когда между знаками [много] промежутков, особенно трудно, чтобы разреженность не перешла в разобщенность, разбросанность… Необходимо, чтобы в каждом штрихе присутствовал метод, в каждой линии чувствовалась сила, только тогда можно достичь одухотворенности…«.

Из трактата «Руководство к освоению чжуани» минского автора Чжао Хуаньгуана: «В шрифте красном (янвэнь) важна четкость и легкость. В шрифте белом (иньвэнь) — тяжесть и беспорядочность. Однако тяжесть не должна переходить в нагромождение, завал, а беспорядочность — в болото».

«Должно присутствовать многообразие в каждом элементе — точке, линии, квадрате, окружностях… Существует три опасности в чжуани: отсутствие школы, традиции; недифференцированное отношение к элементам знака при его построении; несоблюдение гармонии разреженно-плотного в композиции. Одна из опасностей в резьбе: рука и сердце в разобщенности, есть форма, нет смысла — идеи«.

«Резьба печатей,- пишет Ху То, современный критик и художник, ученик Ци Байши, в том числе и в гравировке печатей,- не приемлет симметрии, это не орнамент, но, как и в каллиграфии, композиция строится .на соотношениях разреженности и плотности, так, чтобы, как говорится, «было столь широко — лошадь могла бы пройти; столь плотно — ветер не мог бы проникнуть»«.

«Округлые красные печати в своих округлостях-закруглениях таят женственную привлекательность; в них должна быть найдена необходимая согласованность между нажимами и ослаблениями«.

«…Если печать из двух знаков, одного простого и сложного, одного короткого, другого — удлиненного, и нет в чем-то согласованности между ними — надо добиться ее; если из четырех знаков хоть один выпадает- найти путь к достижению единства«.

«Когда в знаках на печати не достигнуто единства между разреженным и плотным, то надо применить метод перестановок. Однако нельзя, играя мастерством, создавать причудливые композиции, в которых проступала бы нарочитость. Надо, чтобы при этих перестановках каждый знак оставался четким и любому понятным. Только тогда можно говорить о большом мастерстве«.

«В резьбе печати (даофа) общее правило: чтобы под рукой рождалось легкое и тяжелое, нажимы и ослабления, присутствовала сила мышц, лучше всего больше работать центром кончика кисти и меньше — краем. Все приемы работы резчика те же, что и при письме кистью, поэтому, когда в резьбе сам прием пропал-растворился, невозможно заметить следа, то это — резьба одухотворенного разряда; когда звучит кисть и нет резца — искусного разряда; когда звучит резец и нет кисти- способного разряда; когда достигнуто нечто за пределами кисти и ножа — резьба необычайного, парящего разряда...»

 

 
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Изречения великого Конфуция

  • "Уважать всякого человека, как самого себя, и поступать с ним, как мы желаем, чтобы поступали с нами, – выше этого нет ничего"

Отзывы слушателей